Хороший и плохой полицейский — как работает режим Лукашенко

В голливудских фильмах о полицейских очень популярны образы хороших и плохих следователей, которые при допросе выбивают из подозреваемого информацию соответствующими способами.

Хорошие – условным пряником и поощрениями, плохие – кнутом, то есть силой и запугиванием. Александр Лукашенко на третьем месяце непрекращающихся протестов против его режима решил сыграть в хорошего и плохого полицейского с белорусским народом.

Добрый царь

Поиски выхода из затянувшегося политического кризиса привели “батьку” в СИЗО. Белорусы тут же принялись шутить, что сбылась мечта миллионов — Лукашенко оказался в тюрьме. Пока, правда, временно. Целых четыре часа Александр Григорьевич в СИЗО беседовал с теми, кого собственноручно туда упрятал – политическими заключенными.

На встречи присутсвовали участие экс-кандидат в президенты Беларуси Виктор Бабарико, его сын Эдуард, ряд представителей штаба Бабарико и Координационного совета оппозиции, которых власти обвиняют в различных преступлениях. Сам факт того, что Лукашенко приехал в тюрьму, снизошел и начал переговоры с оппонентами, в Беларуси уже окрестили историческим.

Виктор Бабарико

Действительно, два месяца он предпочитал протесты, а их лидеров просто не замечал, называл уголовниками, агентами Запада, крысами и так далее. А теперь сидит с ними за одним столом.

Более того, на видеозаписи со встречи, которую распространили государственные белорусские СМИ, Лукашенко даже признает наличие сторонников у оппозиционеров и рассуждает об их требованиях. Для Беларуси само признание властью наличия альтернативной политической точки зрения – уже невероятный прорыв.

— Конечно, речь идет об имитации уступок. Но даже сам факт имитации знаменателен, потому что ранее Лукашенко занимал непреклонную позицию — никаких переговоров, — считает белорусский политолог Валерий Карбалевич.

На этом парад демократии по-белорусски не закончился. Лукашенко позволил нынешнему лидеру оппозиции Светлане Тихановской впервые за четыре месяца поговорить по телефону со своим мужем Сергеем, который сидит в тюрьме. А еще, по данным белорусской прессы, после встречи с Лукашенко политзаключенных отвели в баню.

Но с чем был связан такой всплеск гуманизма “батьки”? Государственные СМИ отрапортовали, что президент приехал в тюрьму обсудить с оппозиционерами внесение изменений в Конституцию и широкий диалог внутри общества.

— Иллюзия диалога в рамках одной тюрьмы. Предложение заключенным войти в политический пул и освежить тем самым легитимность Лукашенко, либо сесть надолго.

Есть вероятность услышать от заключенных заявления о мудрости Лукашенко и призывы к примирению, — объясняет логику Лукашенко белорусский политолог Павел Усов.

И такие призывы не заставили себя долго ждать. На следующий день после визита Лукашенко из СИЗО выпустили участников встречи – директора IT-компании PandaDoc Дмитрия Рабцевича, члена инициативной группы Виктора Бабарико и бизнесмена Юрия Воскресенского.

Рабцевич после выхода на свободу похвалил условия для IT-компаний в Беларуси. А Воскресенский теперь постоянный гость на белорусских госканалах, где он рассказывает, что пора сворачивать протесты.

По сути, Лукашенко, как террорист, взял заложников, а теперь торгует ими. По его замыслу, оппозиционеры призовут своих сторонников остановить протесты, а их самих за это выпустят на свободу и включат в состав комиссии по изменению Конституции. Не пойдут на сделку с властью – будут сидеть. Пока согласились только двое.

На следующий день после поездки Лукашенко в СИЗО в Беларуси состоялся Марш гордости, который собрал несколько десятков тысяч людей. И тут “батька” сыграл уже злого полицейского. По данным очевидцев, разгоняли протестующих так же жестко, как в самом начале протестных акций.

В ход пошли водометы, светошумовые гранаты, массово задерживали журналистов, а в МВД и вовсе пригрозили огнестрельным оружием. То есть Лукашенко предлагает вилку – либо мирно переписываем под меня Конституцию, либо мы вас продолжим избивать и убивать.

Иллюзия компромисса

Круглый стол в СИЗО и переговоры под дулом автомата – вся суть лукашенковского компромисса. Параллельно он ведет игру на раскол противников режима. Бабарико через своих адвокатов уже полностью открестился от того же Воскресенского. Кроме того, на встрече с Лукашенко не было самых радикальных оппозиционеров, наиболее резких его критиков — Павла Северинца, Николая Статкевича, того же Сергея Тихановского.

Один из лидеров Координационного совета Мария Колесникова просто отказалась ехать на переговоры с Лукашенко, заявив, что говорить уже не о чем, это нужно было делать раньше. Он надеется, что кто-то дрогнет, пойдет на сотрудничество, и тем самым расколется и улица. Но надежды абсолютно ошибочны.

Власть своими усилиями сделала все, чтобы у белорусских протестов не было одного лидера и координационного центра. Теперь свой революционный комитет есть чуть ли не в каждом минском дворе. Не факт, что протестующие прислушаются к призывам о сворачивании акций от вышедших на свободу политзаключенных.

— Уличный протест трансформировался — он подчеркнуто неагрессивный и хаотичный. И хотя массовость уличных акций несколько снижается (невозможно поддерживать революционный энтузиазм на том же уровне несколько месяцев путем бесцельного хождения по улицам), говорить о “выдыхании” рано.

Белорусский протест углубляется и будет принимать иные формы, — уверен белорусский политолог Денис Мельянцов.

При этом во внезапной склонности Лукашенко к диалогу эксперты видят и внешний фактор.

По мнению белорусского политолога Андрея Елисеева, встреча правителя с упеченными им же политзаключенными – не проявление великодушия. Это знак того, что дела на российском фронте совсем плохи. Это отчаянная попытка разведать возможность обмена политзаключенных на “переворачивание страницы” Западом.

— Суть игры в том, чтобы, полагаясь на освобождение заключенных и нужные заявления с их стороны, Запад закрыл глаза на величайшие фальсификации и беззаконие.

А потом признал Лукашенко гарантом суверенитета и не гнушался оказать Беларуси макрофинансовую помощь ради предотвращения углубленной интеграции с Россией на условиях последней, — полагает Елисеев.

Но Запад “переворачивать страницу” не спешит, и уже готов к введению персональных санкций против самого Лукашенко. А Светлана Тихановская, которая находится на том же Западе и у которой есть поддержка всех европейских лидеров, даже объявила Лукашенко ультиматум и грозит всеобщей забастовкой с 25 октября.

Лукашенко будет изворачиваться до последнего, но его поход в СИЗО ярче всего показал две вещи – слабость режима и силу протестов, с которыми приходится считаться, пусть даже после двух месяцев избиения людей.

Валерий Литонинский

Фото: Виктор Бабарико, Dreamstime, Pexels, Пул Первого