Пытки, попытки суицида и желание мести: Асеев откровенно рассказал о плене боевиков

После освобождения из плена пророссийских боевиков украинский журналист из Донецка Станислав Асеев активно взялся за написание собственной книги, работать над которой начал еще находясь в изоляции. В ней журналист откровенно рассказывает о пытках со стороны боевиков, а также суицидальных настроениях, царивших среди пленных.

Первые фрагменты рукописей, которые Станислав Асеев написал еще в плену, а затем вынес с помощью танкиста Пантюшенко, публикует "Радио Свобода".

Попытки суицида

Станислав Асеев утверждает, что большинство попыток суицида, которые военнопленные осуществляют в плену боевиков, являются исключительно демонстративными. Впрочем было исключение, когда человек в состоянии шока после пыток пытался гвоздем порвать себе вены.

Вторая настоящая попытка связана также с пытками. Она была от мужчины, которого вместе с сыном пытали на одном столе. Когда сын помочился под себя из-за непроизвольного сокращения мышц, отца начали заставлять на это смотреть и шутили по этому поводу.

Станислав Асеев пишет, что ему понадобилось около двух лет, чтобы дойти до главной мысли, которую он вынес из плена боевиков: "Сознательно выбрать жизнь там, где все говорит в пользу смерти – в этом и есть ответ на все вопросы".

Любить жизнь там, где кричат ​​от пыток и гавкают под нарами – кощунство. Правда перед собой заставляет признать, что суицид здесь – здоровая мысль, – отмечает в рукописях журналист.

Пытки боевиков

Судя по записям Станислава Асеева, любимым типом пыток со стороны боевиков было вставливание электродов в анальные проходы пленников. При этом после этого нередки были случаи, когда надзиратели убеждали пленников, что им не стоит поканчивать с жизнью.

Впрочем боевики не ограничивались физическими пытками – были и моральные издевательства. Для этого, например, они пытали людей на глазах у их родственников.

Так в камеру к Асееву однажды заселили человека, на глазах у которого пытали сына. Но на этом все не ограничилось, пытали его сына в течение целой недели в одно и то же время – с 7 до половины 9 вечера.

Поэтому каждый день, когда наступал этот час, мужчина просто закрывался в углу и постоянно повторял: "терпи, сынок, терпи, терпи!".

Рукописи, в которых Асеев рассказывает о пережитом в плену боевиков

Своих боевики пытали еще хуже, чем "укров"

Станислав Асеев утверждает, что на самом деле боевики издевались не только с тех, кого считали так называемыми "укропами". Под эту категорию приписывали всех, кого обвиняли в "шпионаже".

По его словам, на всех этих людей смотрели с оглядкой на возможный обмен, поэтому они должны были иметь "товарный вид". Поэтому у людей не должно быть заметных шрамов, ожогов или переломов.

Зато значительно хуже обращались с так называемым "ополчением". По словам журналиста, боевики, которых в чем-то обвинили, были просто мясом, тренировочным материалом, который можно буквально вбить в пол.

Ни один российский телеканал никогда не возьмет у них интервью, ни одно местное издание никогда о них не напишет. Этих людей не существовало, их страданий не было, они – никто, – заявил Асеев.

Месть – единственная мотивация выжить

Станислав Асеев отмечает, что реальное желание покончить жизнь самоубийством у пленного продолжается только определенное время после пыток. Зато когда человек отходит от шока, то исчезает и глупое желание.

Впоследствии выясняется, что есть целый ряд факторов, которые стоят между жизнью в плену и смертью. И много пленных говорят, что не готовы покончить с жизнью, поскольку суицид перечеркнет все, через что они уже прошли. Получается, что каждый новый день пыток был лишь стимулом пережить следующий.

"От себя я добавлю, что в списке причин, чтобы жить, у кого-то действительно оставалось только одно – желание отомстить", – заявил Асеев.

Что известно о Станиславе Асееве? Журналист под псевдонимом "Станислав Васин" работал на оккупированных территориях и писал для "Радио Донбас.Реалии". Сначала он просто бесследно исчез, а позже боевики признали, что удерживают его. За "шпионаж" в пользу Украины так называемый "суд" боевиков в 2017 году приговорил его к 15 годам заключения в подвалах донецких боевиков. Бывший однокурсник и экс-нардеп Егор Фирсов рассказывал, что журналист Станислав Асеев, который был родом из Донецка, считал своим долгом остаться на оккупированных территориях и освещать правду о событиях там.